На память о первых походах

Фонд Музея-архива истории изучения и освоения Европейского Севера России КНЦ РАН пополнился необычным экспонатом – геологическим молотком, который когда-то принадлежал Нине Гутковой, сподвижнице Александра Евгеньевича Ферсмана. Молоток прибыл в Апатиты из Санкт-Петербурга, из личной коллекции семьи Нины Николаевны.

Во время недавней экскурсии по Музею-архиву Сергей Кривовичев, председатель КНЦ, обратил внимание на фото 1928 года – на нем две женщины в походных костюмах, Ольга Воробьева и Нина Гуткова. И в этот момент он вспомнил, что несколько лет назад получил в дар геологический молоток, принадлежащий Нине Гутковой, от ее внучки – Нины Кировны Гутковой. Она, в свою очередь, заведовала музеем интерната №45 при ЛГУ – теперь это академическая гимназия при Санкт-Петербургском государственном университете, которую оканчивала дочь Сергея Кривовичева, а много лет назад и он сам.

О Нине Гутковой информации очень мало. Известно, что она, как и несколько ее коллег из ферсмановской Хибинско-Ловозерской экспедиции Академии наук 1921 года, получила 16 марта 1925 года почетный отзыв имени А. И. Антипова, первый после 1917 года, учрежденный взамен медали в его память. Сохранилось несколько фотографий, в том числе портрет конца 1920-х годов – геолог Гуткова на разведочной канаве горы Кукисвумчорр. А также официальная архивная справка Академии наук за 1932 год: дата рождения – 1896 год, в 1925 году окончила ЛГУ, геолого-минералогическое отделение физико-математического факультета. С 1929 года – аспирантка АН СССР, научный сотрудник Минералогического института первого разряда.

Нина Гуткова была участницей знаменитой «женской» экскурсии в Хибины в 1920 году. Кроме академика Ферсмана в ее составе были пять студенток Ленинградского университета и три его преподавательницы (Костылева, Унковская и Еремина), а также минералоги, научные сотрудники Геологического и минералогического музея РАН Эльза Бонштедт и Нина Гуткова. Экспедиция проходила с 29 августа по 15 сентября. За время той первой экспедиции группа Ферсмана преодолела шесть маршрутов общей протяженностью 75 километров, исследовала территорию площадью 80 квадратных километров и собрала 25 пудов минералов, среди которых было немало образцов апатито-нефелиновых руд. Через год Нина Николаевна вернулась в Хибины – в составе очередной ферсмановской экспедиции.

Пожалуй, самые полные сведения о Нине Гутковой содержатся в статье геолога А. К. Шпаченко, опубликованной в журнале «Тиетта» в 2008 году:

«Нина Николаевна Гуткова (1896-1960?) участвовала во всех пяти (1920-1924 гг.) экспедициях. Причем, в экспедиции 1924 года в качестве начальника отряда (вдвоем со студентом ЛГУ Сермягиным В.А.) работала на Ловозерском массиве. Достаточно часто Н. Н. Гуткова представлена на различных сохранившихся архивных фотографиях во время полевых работ в Хибинах...

По воспоминаниям Е. Б. Халезовой, Нина Николаевна Гуткова – большая, шумная, полная энергии. Однако подробностей о ее жизни и работе автору пока что отыскать не удалось. Более того, по словам И. В. Пекова, когда он открыл свой очередной новый минерал, то назвал его «гутковаитом-Mn» (минерал из группы лабунцовита) (ЗВМО, 2002). Ему тоже ничего не удалось узнать о судьбе Н. Н. Гутковой.

Из комментариев к дневникам (1936 года) академика В. И. Вернадского узнаем, что Н. Н. Гуткова «в начале 1930-х годов аспирантка, затем сотрудник Минералогического института АН СССР. Ученица А. Е. Ферсмана, участник многочисленных экспедиций в Хибинские и Ловозерские тундры, автор многих статей по минералогии щелочных пород. Последняя известная нам публикация датирована 1938 годом. Ее дальнейшую судьбу выяснить не удалось».

Из текста самого дневника следует, что Н. Н. Гуткова должна была заниматься цирконием. После экспедиции Г. Д. Рихтера (1929 год), впервые доставившего ультраосновные породы Монче-тундры до рук и глаз квалифицированных минералогов и петрографов, А. Е. Ферсман буквально «загорелся» идеей посетить эти места. Летом 1930 года в Монче-тундру прибыл отряд Н. Н. Гутковой, вместе с А. Е. Ферсманом и И. К. Кикоиным. В кратком отчете сказано: «Задачей наших поисков было отыскивание магнетита, хромита и сульфидов, особенно пирротина. Главным образом обращалось внимание на первые, но магнетита и хромита, несмотря на все старания, нигде не было подмечено. Зато наблюдались сульфидные включения, которые в больших количествах были встречены лишь в одном пункте – на западном склоне Нюдуайвенча в обрыве террасы...».

Впервые обнаруженные А. Е. Ферсманом и Н. Н. Гутковой на склоне Нюдуайвенча мелковкрапленные медно-никелевые руды стали отправной точкой для открытия в Монче-тундре месторождений медно-никелевых руд».

Вспоминает о Нине Гутковой Евгения Халезова в очерке «О маме» – Ирине Дмитриевне Бонерман-Старынкевич, советском химике и минералоге, докторе наук, соратнице академиков Вернадского и Ферсмана, первом химике-аналитике Хибинской исследовательской горной станции «Тиетта» Кольской базы АН СССР. Евгения Халезова пишет:

«…Отправляясь с минералогом Ниной Николаевной Гутковой в Монче-тундру, Ферсман предложил маме и доктору Баннер-Фохту, знатоку Хибинских тундр, сопровождать их через ущелье Рамзая до Имандры. К вечеру подошли к станции Имандра, откуда Ферсман и Гуткова на моторной лодке отправились в Монче-тундру, а мама, с горечью расставшись с ними, вместе с Баннер-Фохтом поехала на поезде до станции Белая (которую впоследствии переименовали в Апатиты), а оттуда на Горную станцию…».

Геологический молоток, принадлежащий Нине Гутковой, одной из первых женщин-ученых, покорительниц Хибин, занял свое место в экспозиции музея наравне с другими материальными свидетельствами из истории освоения Кольского края.

4 Февраля 2021