Как решали Хибинский вопрос? 90 лет Полярной конференции

90 лет назад, 12 апреля 1932 года завершилась Первая полярная конференция по вопросам комплексного использования хибинской апатито-нефелиновой породы. Она проходила в Хибиногорске, Нивастрое и в Кандалакше.

В память об этом событии в 2009 году Кольский научный центр выпустил книгу, куда вошли как стенограммы и резолюцию конференции, так и очень важные дополнительные материалы и комментарии, написанные учеными КНЦ. Сама идея публикации принадлежала директору Геологического института, профессору Юрию Войтеховскому и заведующей Научным архивом, кандидату исторических наук Елене Макаровой. Подлинник и по сей день находится в Научном архиве Кольского научного центра с пометкой «хранить постоянно».

С помощью тоненьких страничек, усеянных машинописными строчками, мы можем буквально слышать живые речи пионеров-первопроходцев: иногда идеалистические, иногда сугубо практические. Точно ясно, что малых дел для них не было. Они считали, что освоить Арктику можно только с помощью больших проектов, сочетая комплексное использование природных ресурсов края, обеспечение комфортного быта и подготовку кадров. Можно сказать, что основная цель сбылась. Cегодня, в ходе масштабного освоения Арктики, очень полезно посмотреть на то, с чего всё начиналось. А материалы Полярной конференции дают возможность для ретроспективного анализа.

Можно сказать, что первая Полярная конференция стала некоторым рубежом, ведь до нее на Кольский полуостров приходило множество экспедиций, в основном с поисковыми и ознакомительными целями, но все они были разрозненны. После конференции было принято решение перейти к стратегическим работам самого широкого масштаба.

Для Академии наук та встреча также стала некоей точкой отсчета. Перед ней встала четкая цель: обеспечить комплексное изучение полезных ископаемых, а также биологических и энергетических ресурсов Севера. На Полярной конференции впервые заговорили о транспорте, о промышленном и гражданском строительстве, сельском хозяйстве и так далее. В целом, это стало началом выстраивания общей программы индустриального развития Кольского края. Именно тогда началось изменение механизмов взаимодействия науки, промышленности и органов власти разного значения.

***

Конференцию, которая оказалась первой подобной в мировой истории по своему целевому назначению и тематическому содержанию, организовали и провели при поддержке Бюро научно-исследовательского сектора Народного комиссариата тяжелой промышленности СССР, а ее главными организаторами стали академик Ферсман и первый директор треста «Апатит» Кондриков.

Как шла работа, какой была программа? В ней сочетались пленарные заседания, работа в группах, ознакомление с уже действующими предприятиями в Хибинах – рудником и фабрикой, посещение перспективных геологических объектов в тундре и стройплощадки в Кандалакше, были заседания комиссий и обеды в технической столовой. Обсуждали широкий круг проблем – геологических, минерально-сырьевых, сельскохозяйственных, технологических, образовательных и других. Правда, речь тогда совсем не заходила об экологических аспектах. В программу ускоренной индустриализации они не входили.

Ферсман поприветствовал коллег такими словами:

– Мы собрались здесь, чтобы в деловой обстановке… общими силами проработать те большие проблемы, которые стоят на очереди в развитии как Хибинской проблемы, так и связанных с ней округов Кольского полуострова и северной Карелии… Это первая полярная конференция, где собираются работники научно-исследовательских институтов вместе с учреждениями и практическими работникам с мест… [там], где два года тому назад стоял сплошной лес. Эта первая конференция, которая намечает в плановом порядке новые овладения полярным севером, и мы надеемся, что наша конференция проработает и установит ту связь работников мест с работниками центральных учреждений, которая так необходима, и создаст новые стимулы для углубления нашей общей работы, чем мы еще больше укрепим и усилим энтузиазм строителей, работающих над созданием новых строек в условиях полярной тундры.

Из программы видно, что помимо отчетов НИИ о работах по апатито-нефелиновому вопросу, были заслушаны также доклады Бориса Куплетского, Александра Лабунцова, Николя Аврорина, Иогана Эйхфельда. А 11 апреля «Нивастрой» должил о строительстве гидростанции, ГИПРОХИМ – о постройке Северного химического комбината и связанных с ним исследовательских работах.

***

Очень важен доклад Василия Ивановича Кондрикова – спустя 90 лет его вполне можно назвать программным. Он говорил о том, как важно услышать соображения местных работников об особенностях, которые выявились в их практической работе по строительству и эксплуатации производств в Хибинах.

– На этой конференции мы имеем в виду создать единение практических работников на местах с научно-исследовательскими организациями, и наоборот, – говорил он.

– Самым главным в здешнем хозяйстве, я считаю, является не то здание, в котором мы заседаем, и даже не то предприятие, которое мы выстроили, а тот коллектив строителей, тот коллектив работников научно-исследовательских институтов, поисковых партий, творцов-строителей, эксплуатационных работников… Работать в режиме заполярном и работать в Московской области – не одно и то же. …Нужно использовать опыт Хибиногорского коллектива строителей, людей, начиная от научно-исследовательских институтов и кончая строителями и эксплуатационными работниками для того, чтобы втянуть весь комплекс хозяйственных вопросов в развитие Кольского полуострова во втором пятилетии… Я просил бы на этой конференции практических работников и работников науки и проектировки найти общий язык. Обязательно.

Кондриков подчеркивал, насколько важно «сомкнуть» ученых, проектировщиков и практиков в Хибиногорске с народом, не в меньшей степени работающим над разрешением Хибинского вопроса в Ленинграде, Москве и других городах Советского Союза:

– Два года назад этого сделать было нельзя, так как ни у кого не было местного опыта, основы, на которой можно было бы сделать это смыкание, но на сегодня это является решающим обстоятельством.

Последний вопрос, который поднял Кондриков во вступительном докладе, – об образовании, поскольку собрались участники встречи, по его словам, в самом интересном учреждении Хибиногорска – в здании Горно-химического техникума и ФЗУ. Кондриков отмечал, что большое хозяйство построить тут можно лишь на базе постоянных кадров, в том числе строительных, эксплуатационных и исследовательских:

– Сейчас наша задача заключается в том, чтобы та молодежь, которая учится в нашем Горно-химическом техникуме, получила подкрепление в своей практической работе, была заражена интересом к горно-химическому делу на севере, питалась соками из наших научно-исследовательских институтов. Если мы этого не сумеем сделать, если тут будет сушь, не будет живого интереса к работе научных учреждений, то у нас ничего не получится не только в смысле подготовки кадров, но и в смысле нашей практической работы… Здесь надо суметь подготовить людей, суметь правильно приложить их силы и энтузиазм, правильно их использовать.

Кондриков настаивал, что в Хибинском районе необходимо построить комплексный НИИ, который позволил бы на своей базе учить людей, а на основе этих новых кадров – развивать хозяйство по линии апатито-нефелиновых руд, горно-химической обработки сернистых руд, от горного дела до обогащения и дальнейшей переработки.

«Тиетта»

О начале работы первой Полярной конференция сообщала передовица газеты «Хибиногорский рабочий» 1 апреля 1932 года. Здесь же был размещен и анонс открытия Горной станции Академии Наук на Малом Вудъявре, а также Станции пролетарского туризма и экскурсий.

Открытие нового здания горной станции состоялось 10 апреля. Это был первый шаг в создании на отдаленных территориях страны стационарных учреждений Академии наук. Позже из них выросли комплексные региональные научные центры. А тогда академик Ферсман на открытии выступил с речью и рассказал, как все начиналось: 6 августа 1921 года впервые сюда, в район, который прежде был посещен только в 1889 году экспедицией Рамзая, пришли ученые советской страны. Они увидели ряд оленьих троп и старые лопарские вежи. Тогда и возникла мысль создать тут опорный пункт для исследовательской работы по изучению Хибинских тундр. Подумали и ушли изучать Ловозерские тундры. И только с 1924 года, когда началась длительная борьба за апатит и за проведение первых кредитов на его исследование, вопрос о необходимости постройки станции в Хибинах возник вновь. Ферсман поставил его в Академии наук в 1927 году, а в 1930-м на берегу Малого Вудъявра был поставлен первый домик, тогда же возник проект большого здания, и в 1932 году его торжественно открыли.

Интересно, что именно тогда, на открытии «Тиетты», Ферсман впервые объявил участникам Полярной конференции, что эта научная станция еще и культурное учреждение научно-просветительского характера, в том числе для проведения рабочих экскурсий и организации пристанища для исследователей, которые приезжают сюда учиться на местном материале:

– Вы видите, что в основу нашей станции положено три основных понятия – наука с одной стороны, техника и знание с другой, школа с третьей. Неудивительно, что мы избрали для названия станции лопарское слово, которое как раз передает эти три понятия – школа, наука, знание – «Тиетта».

Что сбылось?

Какую же резолюцию приняла первая Полярная конференция в Хибиногорске? Было решено, что следует создать здесь постоянно действующий исследовательский институт, чтобы изучать анализ минералогического и геохимического состава пород, проводить опытные работы по местному сырью, рационализировать технологические процессы на производственных предприятиях. Кроме того – построить в Кандалакше химкомбинат, провести детальное исследование местных торфов, комплексно изучить сульфидные руды Монче- и Волчьей тундр, быстрее изучить и внедрить переработку редких элементов. А также обратить внимание треста «Апатит» на ряд неполадок на обогатительной фабрике, например на значительные потери апатита в хвостах, сильную коррозию части аппаратуры, с транспортом руды и другие. По линии геологоразведочных работ ускорить съемку и картирование – географического и топографическое. По редким элементам - продолжить поиск и разработку месторождений молибденита и ловчоррита, по эвдиалиту - осветить вопрос промышленной ценности его месторождения. Приступить к разведке Куэльпоррского апатитового месторождения, организовать разведку сфеновых месторождений – Юкспора и Кукисвумчорра, начать использование в 1932 году кольских диатомитов для изготовления кирпичей.

Особенно актуальными в тот год отмечены изыскания метода использования кальция в составе апатита, что позволило бы обходиться без известняка, решение проблемы транспорта фосфора в элементарном виде, а также конденсация фосфора в кислоту, чтобы освобождающуюся при этом окись углерода использовать как ценное топливо в других производствах комбината. Также отметили, что постройка опытного фосфорного завода в Хибиногорске – большой шаг вперед. «Апатиту» же в резолюции поставили на вид недостаток качества образцов сырья, которыми снабжают ученых, и попросили решить этот важный вопрос.

Сейчас, 90 лет спустя, сохранившиеся оригинальные материалы конференции позволяют лучше понять трудности и проблемы, которые стояли на пути реализации Хибинской эпопеи, а также громадные планы и яркие мечты ее строителей. Важно помнить, что тогда прошло лишь 10 лет после гражданской войны. Страна еще восстанавливалась после разрухи, но в Хибины на конференцию уже приехали представители более 15 научных институтов, ставших флагманами академической и отраслевой науки советского периода.

12 Апреля 2022